March 19th, 2021

Аня Скляр

Философское учение о снах



Однажды китайскому мудрецу Чжуан Цзы приснилось, что он был красивой бабочкой, изящно порхавшей над белоснежным цветком. Проснулся Чжуан Цзы и стал думать, кто он на самом деле? Мудрец, которому снилось, что он — красивая бабочка, или он - бабочка, которой снится, что она — китайский мудрец?

Существуют разные философские взгляды в понимании значения такого феномена, как сон. Сновидение, несмотря на всю свою необычность, существует реально. Однако философы мира несколько расходятся в понимании генезиса и структуры сна, предлагая нам возможные способы толкования данного феномена. Философы мира рассматривают сны как особый тип реальности, без которой целостность человеческого бытия не может быть постигнута в полной мере. В этой статье мы попытаемся изложить некоторые философские теории о снах. Так, мы хотим увидеть внутреннюю структуру феномена для воссоздания в дальнейшем наиболее целостного концепта «Traum».

Интерес к снам появился с древних времен. Так, знаменитый философ, снотолкователь и гадатель II в. н. э., Артемидор называет сновидение «волнением души» или «созданием разных образов, знаменующих будущие блага или беды». По его мнению, сон есть контакт сновидца с его собственной душой, при котором последняя сообщает спящему грядущие события. Артемидор видит четкое отличие между сном (enhypnion/ derTraum) и сновидением (oneiros/das Traumgesicht), подчеркивая, что сновидение показывает сновидцу будущее, а сон настоящее [7, с.32-33]. Такое понимание он объясняет тем, что «некоторые ощущения обладают свойством возвращаться в душу, снова пребывать в ней и вызывать явления во сне. Влюбленный, например, обязательно увидит во сне своих любимцев, напуганный — причину своего испуга… в этих видениях, за которыми кроются ощущения, содержится не предсказание будущего, а переживание настоящего» [2, с. 212]. Сновидения, в свою очередь, Артемидор разделяет ещё на 5 видов: иносказательные, ясные, личные, чужие и родственные [там же, с. 219]. Ясные сновидения сбываются с полной точностью в краткий срок; иносказательные показывают свое значение символом-загадкой и сбываются лишь спустя время. Личные сновидения – это сновидения, в которых человеку снится он сам; в результате такого сна со сновидцем происходит нечто хорошее или плохое. Чужими сновидениями Артемидор называет те сновидения, при которых сновидец видит действующим другого человека; такие сновидения предвещают хорошее или плохое только для приснившегося. Родственные, исходя из самого названия, – это сновидения, во время которых сновидец видит своих родственников. По характеру выражения Артемидор выделяет четыре группы сновидений. Одни предсказывают многое через многое, другие – малое через малое, третьи – многое через малое, четвертые – малое через многое. Более того снотолкователь указывает на особую, отдельную группу сновидений, называя такие богопосланными [там же, с. 219].Collapse )
promo anchiktigra september 28, 14:36
Buy for 1 000 tokens
Анна Скляр - психолог, психотерапевт. Ph.D., кандидат философских наук. Автор блога “Счастье есть”. Приглашаю на индивидуальное онлайн-консультирование. Хотите лучше познакомиться с самим собой и улучшить качество своей жизни? Стать счастливым человеком и реализовать свой…
Аня Скляр

Философ Эллиот Вольфсон: «Состояние сновидения и реальность бодрствования — феномены одного порядка»



Профессор Нью-Йоркского университета, религиовед и философ Эллиот Вольфсон считает, что мир сновидений и мир реальности одинаковы по своей природе в восприятии человека. Об изучении мира воображения, а также связи последних достижений нейронауки с древними мистическими сюжетами, феноменологией Гуссерля, архетипами Юнга и Францем Кафкой — он рассказал в интервью «Теориям и практикам».

— Как вам удается сочетать в своих исследованиях нейрофизиологию, психологию, философию и религиоведение?

— Прежде всего мое первое образование — это философия. Я изучал такие направления философии, как феноменология и герменевтика. После этапа изучения философии я стал заниматься историей еврейской мистики, так что для меня совершенно естественно было сочетание этих двух направлений. С другой стороны, когда я начал заниматься снами, я понял, что здесь не обойтись без нейронауки. Ну, есть и еще один аспект: невозможно, конечно, писать о снах, не затрагивая психоанализ. Кроме того, это отражает еще и мое принципиальное мнение о том, что необходимо сближать гуманитарные, естественные и точные науки, нужно больше таких междисциплинарных исследований.

— Как именно вы проводите связи между настолько различными дисциплинами, и насколько это трудно?

— Этот вопрос для меня звучит примерно так же, как для танцора — просьба объяснить, как он исполняет тот или иной танец. Это трудный момент, но я постараюсь привести вам конкретные примеры. Вот нейронаука и феноменология. С одной стороны, феноменология в ее классических источниках, у Гуссерля, настаивает на том, что онтологический статус реальности не так важен. Самое главное — это ухватить феномен. То, что нам кажется реальностью, и есть сама реальность, а имеет ли наше представление о реальности «реальные» основания, мы выносим за скобки. А в нейронауке достаточно недавно, с появлением новых технологий, возникло сканирование мозга и деятельности различных областей мозга. И некоторые исследователи показали, что когда человек представляет себе что-то умственным взором, фантазирует, то задействуются те же области мозга, что и при восприятии чего-то реального. То есть с точки зрения нейропсихологии нет разницы между фантазированием, сновидением и восприятием реальных объектов. Состояние сновидения и реальность бодрствования — феномены одного порядка. С другой стороны, психоанализ и каббала очень хорошо сочетаются в том аспекте, что и каббала, и психоанализ воспринимают сон как текст, который требует прочтения и интерпретации. То есть здесь идет акцент на нарративную, текстуальную природу сна.Collapse )