Аня Скляр

15. Глава одиннадцатая ИСТОЧНИКИ СЧАСТЬЯ

Только она тебя избавит и к звездам
направит, проклятая и единственная
– поэзия,
С. И. Галчиньски

Разделим источники счастья на четыре группы: внешние блага, добрые чувства, любимая работа, бескорыстные интересы.

1. Такое разделение соответствует общему опыту и рассуждениям философов.

A. Многие ожидают счастья от внешних благ, особенно от материального благосостояния, положения в обществе, власти, словом, от того, что возвышает одних людей над другими.

Б. Многие же находят счастье в добрых чувствах, которые связывают одних людей с другими, особенно в семье и в любви. Иногда в романах читаем даже, что «счастье, которое женщина может дать мужчине,– это единственное счастье, существующее на свете».

B. Источником счастья является работа – это утверждение уже требует более подробного анализа. Ведь порой она превращается в тяжкое бремя для человека, если не соответствует его интересам или превышает его силы и способности. Но многие из тех, кто работал, чтобы добиться материального благосостояния или завоевать положение в обществе, находили счастье не в них, а в самой работе. «...Человек родился не для покоя, – писал Вольтер в «Кандиде». – Будем работать без рассуждения – это единственное средство сделать жизнь сносною». (Вольтер. Философские повести. М., 1954, с. 187. Удивительно то постоянство, с каким писатели XVIII в. указывали на труд как условие счастья. Человек занятый – счастливый человек, считал Гельвеций, а Гольбах утверждал, что действие является необходимым для человеческого разума; как только человек перестает действовать, он впадает в скуку. Это было время, когда вокруг царили лень и порожденная ею скука. Писатели XIX века, века очень деятельного, наоборот, указывали на отдых как на условие счастья.

Вместо лозунг «работать не раздумывая» правильнее будет утверждать: мало что так способствует счастью человека, как работа, которую человек любит, ценит, которая его интересует, которую он делает хорошо; и мало что делает его таким несчастным, как работа, на которую он обречен вопреки своим желаниям и способностям.

Г. Наконец, наука и искусство, составляющие четвертую группу источников счастья, могут стать счастьем для человека, если он имеет к ним бескорыстный интерес.

2. Представляет интерес исследование о возможностях и источниках счастья, проведенное в начале ХХ века Дж.Уотсоном с использованием специальной анкеты. Результаты этого исследования он сформулировал в тезисах (их более тридцати). После упорядочения и сокращения (нескольких менее важных их можно разделить на три части: первая устанавливает, что не приводит к счастью (и несчастью), вторая: – что к нему приводит, третья дает некоторые выводы о зависимости счастья от пола, гражданского состояния, возраста.

I.
1. Счастье не зависит от уровня образования и культуры (от интеллигентности).
2. Не зависит от прогресса в науках и от академических знаний.
3. Не зависит от уровня образования родителей.
4. Не зависит от их материального благосостояния.
5 . Несогласие между родителями менее отрицательно влияет на детей, если родители разошлись, чем если они живут вместе.
6. Занятия спортом не оказывают влияния на счастье и несчастье.
7. Увлечения (хобби) имеют меньшее значение для удовлетворенности жизнью, чем обычно предполагается.
8. Способности к танцам, музыке, живописи» литературе, спорту не связаны со счастьем.
9. Умение приспособиться к жизни само по себе не приводит к счастью.
10. Новый тип сексуального воспитания не увеличивает шансы на счастье.
11. Производительный труд не является необходимым для счастья.
12. Трудные условия жизни не обязательно приводят к несчастью.

II.
13. Неудача в любви является одной из главных причин несчастья.
14. Боязливость, впечатлительность, несмелость являются важными причинами несчастья.
15. Музыка и поэзия – прибежище для несчастливых.
16. Любовь к труду и его хорошие результаты значительно способствуют счастью.
17. Любовь к природе также способствует ему.
18. Здоровье в молодости – основа счастья.
19. Симпатия людей является причиной счастья.
20. Хорошие отношения с людьми – важный фактор счастья.
21. Среди всех факторов, лежащих вне сферы профессии, успехи на сцене наиболее способствуют счастью.
22. Благословенны те, кто имеет признание ко многим сферам деятельности.
23. Для счастья большинства людей важны постоянные элементы их жизни (друзья, работа, природа), а не временные стимуляторы (алкоголь, клубы, церковь, танцы, карты, автомобилизм, искусство).
24. Большинство людей жаждет приключений, а не покоя.
25. Счастье чаще наступает при серьезном, разумном, ответственном, трудолюбивом образе жизни, чем при импульсивном, легком, дилетантском, пестром.
26. Молодость не является золотым периодом жизни, но и старость тоже.

III.
27. Участники анкеты были в целом удовлетворены своей жизнью.
28. Мужчины считают себя более счастливыми, чем женщины.
29. Женатые счастливее неженатых.
30. Те, кто на пороге шестидесятилетия помышляют о начале новой жизни, сами или вместе с кем-то другим, по преимуществу несчастливые люди.

В этих тезисах самым важным кажется следующее:
а) «Маленькие удовольствия», развлечения, хобби, возбуждающие средства, спорт, общительность не имеют большого значения для счастья; эти удовольствия лишь в незначительной степени способствуют общему удовлетворению жизнью (тезисы 6, 7, 8, 23, 25).
б) В то же время собственно источники счастья, выявленные анкетой, удается свести к выделенным выше четырем группам.

3. Почти полвека спустя, в 1953 г., условия «хорошей жизни» составил американский психолог Э. Торндайк (под условиями хорошей жизни он имел в виду то, что обычно называют счастьем). Опираясь скорее на жизненные наблюдения, чем на данные анкеты, психологические эксперименты или клинический опыт, он составил перечен факторов хорошей жизни из 26 пунктов. Можно выделить из них несколько групп:

1.Удовлетворение физических потребностей (голода, жажды).
2.Удовлетворение потребности в активности (физической и психической).
3.Удовлетворение разнообразных социальных потребностей (дружеские отношения, принадлежность к организованным группам, служение другим, господство над другими).
4.Личные успехи (признание со стороны других, самоуважение).

В этих пунктах, однако, больше условий счастья, чем его источников: скорее только условием является удовлетворение физических потребностей, а также уважение к самому себе. То, что действительно является источником, относится к пунктам: работа и добрые чувства; в то же время в перечне Торндайка слишком мало места занимают внешние блага и предметы бескорыстного интереса. Но он учитывает еще две группы источников:
5.Приключения (о них упоминалось и в анкете Уотсона).
6. Гарантии (от болезней, опасностей, катастроф). (Thorndike Е. L. Man and his Works, 1943, p. 167–169; переиздание под названием «A Bill of Specifications of a Good Life for Man». B: «Readings in General Psychology», 1954, Ed, L, D, Crow and A. Crow)

4.Этот перечень источников счастья, выражающий наиболее распространенные взгляды, необходимо, однако, дополнить еще тремя:

а) источником счастья являются на только отдельные блага, но сам факт жизни;
б) не только те или иные блага, но само их количество;
в) не только реальные блага, но даже само их воображение.

Жизнь человека является источником его счастья в смысле биологическом и психологическом – он счастлив потому, что живет, и потому, что чувствует, что живет. Функционирование собственного организма, полнота и разносторонность его деятельности вызывают особое удовольствие, особенно когда организм молод, полон сил и здоровья. Это – чувственный, гедонистический источник счастья. Ламетри называл счастье такого рода «органичным», «автоматическим», «машинальным», а также «естественным».

Многие мыслители славили жизнь как самый мощный источник счастья. Эпикур утверждал, что непосредственное ощущение жизни есть «начало и конец счастья». В эпох Возрождения Монтень, в эпоху Просвещения Ламетри, а позднее Гюйо также превыше всего ценили жизнь как источник счастья. С. Жеромский в своих произведениях воспевал «прелесть бытия», то, что является самым высшим, единственным и в то же время последним из всего – счастье существования. Еще чаще славили жизнь поэты.

Жизнь действительно источник счастья. Но такое счастье в общем-то не самое распространенное, данное каждому. Оно распределено между людьми очень неравномерно. Есть люди, которые его не знают, не постигают этой «роскоши бытия», этого «счастья существования» в полной мере. Либо потому, что плохо функционирует их организм, либо потому, что их внимание направлено в другую сторону, на внешние проблемы, здоровье, интересы, карьеру, отношения между людьми; если эти проблемы складываются неудачно или, наоборот, слишком удачно, то занимают все их сознание и не дают ощутить «счастье существования».

5. О счастье некоторых людей свидетельствует количество источников, из которых оно может складываться. Именно множество и разнообразие впечатлений, богатство переживаний дает людям счастье, а без этого множества остается неудовлетворенность, чувство неполноты жизни, сожаление о неиспользованных возможностях. И этот род счастья был много раз описан в художественной литературе; в частности, этой теме посвящены ранние произведения А. Жида («Имморалист», «Узкая дверь», «Земная пища»). Следует, говорил он, умножать впечатления, не замыкаться в одной жизни, на одной цели; наиболее желательно иметь душу активную, и чтобы она находила свое счастье не в счастье, а в сознании своей полной активности.

6. Вещи нереальные, будучи единственно предметом воспоминаний или мечтаний, не только могут быть источниками счастья, но даже имеют некоторое преимущество перед другими. Реальные вещи мы не можем преобразовывать по собственной воле, в то время как мечтами и воспоминаниями мы оперируем свободно; в них сознание отрывается от жизни и уходит в идеализированный мир, соответствующий желаниям человека. Поэтому А. Мюсси сказал однажды, что «счастливое воспоминание, возможно, истиннее самого счастья». Память имеет одну волшебную особенность: даже о плохих переживаниях она сохраняет хорошие воспоминания; выхватывая горький факт из е реальных связей, она лишает его горечи. «Сладко вспоминать то, что горько было терпеть».

Для некоторых людей мечты – главный источник счастья, это зависит от их психики; их правда о счастье в основе своей разумна и трезва. Если таких людей не понимают философы, то понимают поэты. «Безрассудный!» – говорит мудрец. «Счастливый!» – восклицает поэт. Поэзия для многих является источником такого счастья. А не только «прибежищем от несчастья», как для студентов, принимавших участие в анкете Уотсона. Поэзия, эта «проклятая и единственная», «направляющая людей к звездам», как писал К. И. Галчиньски, дает удовлетворение жизнью – вдали от нее.


7. По каким признакам определяют источники счастья?

Во-первых, они должны быть ценны для человека;

во-вторых, вызывать в нем доверие. Когда Сенеку спросили, что такое счастливая жизнь, он ответил: securitas et perpetua tranquillitas – уверенность и постоянное душевное спокойствие. Уверенности и покоя нет без доверия. Только человек, уверенный в своем будущем, может радоваться настоящему, каким бы трудным настоящее ни было. «Не является по-настоящему счастливым тот, кто не уверен, что никакое зло его не постигнет»,– писал Плотин. (Рlоtуn. Enneady. I, 4. 6). нешние обстоятельства непостоянны, но человек не помнит об этом, а если и помнит, то надеется все-таки на их стабильность. Такое отношение рискованно, но для некоторых людей счастье, возможно, достижимо именно благодаря ему.

В-третьих, различные вещи и обстоятельства тем легче становятся источниками счастья, чем более они доступны, однако этот признак присущ им в незначительной степени, доступнее вещей – мысли о них, и поэтому чаще способствуют счастью такие вещи, сама мысль о которых приятна.

8. Возникает очень важный вопрос: существуют ли постоянные, надежные источники счастья, то есть такие,
которые доставляют счастье в любых, даже наиболее неблагоприятных условиях жизни и которые были бы достаточны для счастья?

Таких источников счастья не существует.

А. Источники, которыми люди охотнее всего пользуются, а именно внешние источники, такие, как материально благосостояние, положение в обществе, особенно непостоянны. Их не всегда можно достичь, но зато всегда можно их лишиться. Они зависят от судьбы, зависят от других людей, поскольку имеют социальную природу, и зависят также от нас самих и наших способностей. Несмотря на их непостоянство, люди, однако, никогда не отказываются от них, так как они доступны и легки. В конечном счете не каждое дело оборачивается неудачей, и поэтому вполне естественно, что люди постоянно заботятся о таких источниках.

Б. Источники счастья, которые больше зависят от нас самих и в которых не так важно реальное обладание – например, дружба или семья,– менее непостоянны, но и они не вечны. Они зависят также от обстоятельств и от других людей (например, болезнь, несчастный случай или даже перемена чувств могут разбить семейное счастье в любой день; не говоря уже о том, что источники его открыты только для тех, кто их ценит, кто любит семейную жизнь).

В. В третьей и четвертой группах источников счастья – работе и бескорыстных интересах – влияние судьбы и зависимость от других людей еще меньше; при бескорыстном интересе к науке и искусству речь идет не об обладании, поэтому ему не грозят также и потери. Но и здесь подстерегают опасности: например, несоответствие человека выполняемой им работе. В идейной сфере можно потерпеть неудачу точно так же, как в других сферах. Чувство ненужности и бессмысленности своей работы, науки или искусства охватывает людей не меньше, чем чувство бессмысленности материального благополучия или положения в обществе.

Резюме. Источники могут не оправдать наших надежд:
1) когда мы их лишаемся,
2) когда осознаем, что они непостоянны, что могут быть утрачены, ибо сама эта возможность лишает их полезности,
3) когда не умеем ими пользоваться (тогда они не дают того, чего мы от них ждем).

9. Вследствие этого понятным становится вывод, к которому давно пришла религия: поскольку не существует постоянного счастья в конечных вещах, то счастье можно обрести только в вечных, то есть счастливым может быть только тот, кто, как говорил Августин Блаженный, «имеет бога». Фома Аквинский и другие теологи доказывали, что источником счастья может быть только то, что по свое природе непреходяще. А поскольку ни физические, ни духовные блага не являются непреходящими, то источником счастья могут быть только сверхприродные блага.

Такая аргументация свойственна не только средневековым Суммам, но и многим книгам более позднего времени. Эту концепцию счастья содержали, в частности, две книги о счастье польских авторов. Первая – епископа С. Витвицкого, изданная в Варшаве в 1685 г.– называется «Абрис счастья» («Abrys doczesney szczęśliwości między cieniami ludzkiego niekontentowania na widok wystawiony dla pożytku duchownego Diecezyey Łuckiey у Brzeskiey»); вторая – «Беседа о том, как сделать человека счастливым в жизни» («Rozmova о uczczęśliwieniu człowieka w życiu») – издана в 1760 г. безымянно, но принадлежит перу А. Вишневского.

В этих книгах доказывалось, что спокойствие, необходимое для счастья, дает вера. Только при ее наличии человеческие дела, труд, удовольствия приобретают смысл и ценность. Но во-первых, некоторые добивались счастья другим путем, а во-вторых, и эта дорога не всегда приводила к счастью. Для многих людей религиозные проблемы как раз были источником вечного беспокойства и страха (Паскаль и Кьеркегор – классический тому пример). Каждая вещь является источником счастья только для тех, кто умеет ею пользоваться.

10. Как же благополучие, любовь, работа или искусство и т.п. становятся источниками счастья, то есть общего удовлетворения жизнью? Психический механизм этого превращения, по-видимому, состоит из четырех стадий:

А. Человек, например, имеет семью, к которой он привязан, или работу, которая складывается удачно: они – постоянный источник его удовлетворения. Поскольку же чувства легко складываются в серии (одно счастье, как говорится, ведет за руку другое), то удовлетворение, проистекающее из постоянного источника, более вероятно, когда он (источник.– Прим. ред.) продолжает вызывать удовлетворение.

Б. Постоянные источники удовлетворения служат причиной того, что приятными становятся даже вещи в общем-то безразличные. Ибо они создают атмосферу, в которой все легко окрашивается удовольствием, в которой почти из ничего возникают «маленькие радости жизни». Счасть по отношению к удовольствию то же самое, что капитал по отношению к процентам.

В. Постоянные источники удовлетворения ослабляют и обезвреживают неприятности. Человек, занятый приятным для него делом, может вообще не замечать того, что другим кажется мучительным. Следует повторить здесь слова Плотина: «Мы смотрим на счастливого с пристрастием и поэтому считаем плохим и страшным то, что счастливый таковым вообще не считает».

Г. Постоянные источники не только делают хорошим настоящее, но – что гораздо важнее – создают перспективы на хорошее будущее. Источником счастья на самом деле является то, что не только дает удовлетворение, но и сохраняет эту перспективу на будущее. Для счастья важна не возможность получать много удовольствий, а уверенность, что их можно получать всегда.

Некоторые источники безмерно усиливают радости» хотя это радости не непрерывные. Такова прежде всего любовь. Она целиком завладевает сознанием независимо от того, познал человек в любви радость или страдания. Механизм воздействия здесь таков: любящий переносит свои чувства на все, что связано с любимым, и поэтому каждая вещь кажется ему приятной, красивой, важной. Его чувства, отразившись, как в зеркале, во всех вещах, возвращаются к нему, увеличенные во много раз, усиленные, упроченные. Но с другой стороны, любовь не всегда постоянна. Она – источник самого интенсивного счастья, но, пожалуй, наименее постоянного. Если сравнить счастье с бюджетом, имеющим постоянные и непостоянные доходы, то различные человеческие привязанности – к людям, вещам, идеям, родине, семье, земле, профессии – являются самыми важными позициями, постоянными источниками счастья (постоянным доходом), а любовь – непостоянным. Однако иногда достаточно непостоянного источника для общего положительного баланса, и даже минувшие радости заставляют человека думать, что стоило жить, что он знал счастье. Ибо существуют две разновидности счастливой жизни: та, что является счастливой благодаря постоянным, обычным источникам, и та, что является счастливой благодаря источникам исключительным, длящимся кратко, мимолетным, но достаточным, чтобы дать, вкус счастья.

11. Самое трудное – найти первый источник счастья его первую основу, ибо счастье, согласно сравнению Хеббеля, подобно курице, которая кладет второе яйцо только там, где лежит первое. Потом к первому уже автоматически присоединяются другие источники счастья. Можно сказать, что счастье, как и несчастье, «идет лавиной» Небольшие различия имеют в них большие последствия; неоднократно подтверждаются слова Гёте, что наибольшее счастье и наибольшее несчастье суть лишь небольшие отклонения от обычной судьбы.

Судьба человека в значительной мере зависит от того, каков первый источник его счастья: достаточно ли он сильный, подходит ли он для него. Каждый подбирает его согласно своим потребностям, желаниям, интуиции, иногда по расчету, по совету и по примеру других, но не каждый выбирает удачно. Перед человеком встают каждый раз предложения судьбы» – возможности той или иной работы, любви, семьи, положения,– и он отбрасывает одни, выбирает другие. Проигрывает, если выбирает плохо; соответствующая его способностям работа, неподходящая жена, трагическая любовь будут лежать грузом на его жизни. И если один из источников счастья не оправдает надежд, с другими будет уже труднее. Как говорилось уже упоминавшейся анкете о счастье, те, кто в возрасте лет думают начать новую жизнь, как правило, несчастливые люди.

Итак, во-первых, счастье должно иметь свой источник: его нельзя получить из ничего. Во-вторых, существуют различные источники счастья: если какой-либо источник счастья недоступен, это не значит, что счастье недостижимо. В-третьих, ни один источник не является постоянным. В-четвертых, необходимо располагать внутренними условиями счастья наряду с источниками. И наконец, в-пятых, всех источников счастья не каждый может стать первым источником, основой счастья. Многие из них скорее дополняют уже имеющиеся. Иначе представляется мир тому, кто верит в его разумное устройство, чем тому, кто в него не верит; иначе радуется жизни тот, у кого есть родной дом, чем тот, у кого нет ни дома, ни семьи. Все, что, кроме этого, можно сказать об источниках счастья,– уже из области относительности и возможности. («Источником счастья является либо М, либо W, либо P...»; «Если А имеет такие-то условия жизни и личные качества, то М является для него источником счастья» «Для некоторых людей, и только для некоторых, W является источником счастья».)

В вопросах счастья люди часто стремятся качество заменить количеством; когда не имеют одного верного источника, стараются использовать многие. Одни находят, например, счастье только в любимой работе, которая им вполне подходит, другие – в семье, которую очень любят, а, кроме того, еще и в книгах или коллекционировании, в путешествиях, в приятельских отношениях. Это множество соответствует обычному человеку с его разнообразными потребностями и привязанностями. И служит как бы защитой: если один источник не оправдает надежд, останутся другие. Но когда чувства делятся между многими вещами, то каждая из них значит несравненно меньше, чем если бы на ней одной были сосредоточены все чувства. Как утверждал два века назад Честерфильд, кто отдается всем радостям жизни, тот не ощущает ни одной.

Существуют два стиля жизни, два способа добиться счастья: на одной основе и на многих. Люди чаще используют способ, который включает много основ, но более верно ведет к цели способ, который включает одну основу, самый трудный, нередко требующий преодоления самого себя.
Метки:

Для этой записи комментарии отключены.