Аня Скляр

17. Глава двенадцатая ХАРАКТЕР ЧЕЛОВЕКА И ЕГО СЧАСТЬЕ - 2



III

Черты характера человека, определяющие его счастье, в значительной степени являются врожденными, относятся к его первоначальной природе, его натуре, которую человек приносит с собой в мир, а обстоятельства жизни наполняют их конкретным содержанием. В значительной мере врожденным является то, что человек хочет кем-то быть, что-то иметь или что-то чувствовать, а от обстоятельств его жизни зависит, кто он есть в конечном счете, что имеет, что и к кому чувствует.

Однако обстоятельства жизни воздействуют иногда так сильно, что создают новые черты характера человека. Прежде всего их определяет среда, в которой человек находился в детстве и молодости, характер воспитания, которое он получил, и т.д.
Следует сказать, что на этой основе некоторые авторы выделяют определенные типы людей: например, «люди хорошо воспитанные», чья молодость прошла под преобладающим влиянием воспитателей, и «люди игры», которые в молодости значительную часть времени проводили без контроля со стороны старших и на которых наиболее сильное влияние имели ровесники, товарищи по играм.

1. Воспитание, естественно, обращает особое внимание на неизменные истины и постоянные правила, поэтому те, кто был хорошо воспитан, верят в постоянные и неизменные истины и правила. Хорошо воспитанные люди были с ранних лет под наблюдением и контролем со стороны воспитателей, привыкли считаться с оценками других и на протяжении всей своей жизни чувствуют себя хорошо только тогда, когда люди оценивают их положительно. Они верят, что – как когда-то в молодости – имеют право на то, чтобы ими интересовались и помогали им в работе; верят, что поскольку они выполняют свои обязанности, то об их потребностях должны заботиться другие, что поэтому они могут делать свое дело спокойно, ничего не опасаясь; верят в свою личную безопасность, рассчитывают на заботу государства, как когда-то на помощь родителей или вос-питателей. Они охотнее вступают в контакт с людьми» похожими на них, так же хорошо, как они, воспитанными, и в то же время сторонятся других, которых считают ниже себя. Приученные с детства поступать в соответствии образцами, они не желают быть первооткрывателями, а предпочитают идти проторенной дорогой и быть везде скорее вторыми, чем первыми.
Они верят, что хорошо то, что соответствует правилам; и даже когда они имеют в жизни самостоятельные задачи, то хотят, чтобы их работу, санкционировали институты; если, например, они – ученые, художники, то будут довольны, только если академия включает их в свой состав. Они верят в общественную иерархию и требуют надлежащего им места, но не хотели бы за него бороться, считая, что положение должно прийти само, соответственно их способностям и заслугам.


Вера в рациональное устройство мира, признание обязательных правил, убеждение в принадлежности к высшим слоям общества, стремление избегать риска – все это предопределяет счастье для человека «хорошо воспитанного», но только при том условии, что жизнь сложится благоприятно. Иначе хорошо воспитанный человек станет самым несчастным: когда он не окружен признанием и уважением, когда государство не заботится о нем, когда он вынужден жить в неспокойное и неопределенное время. Если такому человеку придется бороться за существование, он потерпит поражение. Если он потеряет веру в разумный порядок мира, то станет пессимистом. Он воспитан на догматах и испытает всю пользу и вред догматизма.

2. Совершенно иные черты характера присущи людям игры. Привыкнув с детства к играм, они трактуют потом как игру всякую деятельность. Они не считаются с трудностью, когда что-то делают (на что обычно воспитание обращает особое внимание), и поэтому смелее берутся за всякое дело. Они больше заботятся о том, чтобы уметь делать все, что хотят и как хотят. Только те среди них, детские игры которых носили воинственный характер, ценят дисциплину и иерархию, ибо они стали для них составной частью игры.

Человек игры скорее сам создает хорошие условия для счастья. Если обстоятельства лишают его одной работы, он принимается за другую и точно так же будет ей радоваться; потеря благосостояния не принесет ему сильных огорчений; любые жизненные правила он воспринимает как условные: этому его научила игра.

Могло случиться так, что тот, кто в молодости прогуливал занятия в школе или работу, не только доставля себе приятное удовольствие, но и вырабатывал тип «человека игры», подготавливая выгодные условия для счастливой жизни. Это, однако, не значит, что все, кто прогуливал, были потом в жизни счастливы.

3. Человеческие типы, созданные воспитанием, имеют уже социальную природу. Одновременно начинается воздействие общественных факторов на счастье и несчастье людей. Оно продолжается всю жизнь и необычайно разнородно: воздействуют группы, к которым принадлежит человек: семья, профессиональный коллектив, друзья, а также другие группы, с которыми он объединяется или борется; воздействует класс, к которому он принадлежит, причем это воздействие различно в зависимости от того, является ли этот класс привилегированным или угнетенным; воздействует общественный строй в целом, но по-разному, в зависимости от того, каков этот строй – диктаторский, демократический или социалистический. Воздействие общественных факторов столь многообразно и сложно, что требует специального рассмотрения. Здесь оно может I быть лишь подчеркнуто. Одна и та же группа или общественный строй воздействуют по-разному, в зависимости от того, какая роль выпадает в нем на долю личности, например руководящая или подчиненная; насколько успешно личность справляется со своей ролью; каков ее характер и общественная позиция, например бунтующая или лояльная. Воздействие общественных факторов зависит не только от нас самих, но также и от складывающегося их отношения к личности; не только прямое, но и опосредованное (они формируют личность и ее характер).

4. Человек по природе своей легче всего поддается воздействию тех общественных факторов, которые соответствуют его врожденным чертам, лишь усиливающимся благодаря такому воздействию. Оно может идти также в ином направлении, безотносительно к врожденным чертам и формировать, таким образом, новые черты характера, имеющие общественное происхождение. Последние могут даже заглушить первичные, врожденные черты. Формируется новый характер, который занимает место первичной натуры или накладывается на нее как маска. И человек имеет уже другие данные для счастья и несчастья, чем те, с которыми родился.

«Кто-то был, – говорил Лабрюйер,– всю жизнь разочарованным, вспыльчивым, скупым, льстивым, деловым расчетливым, хотя родился веселым, спокойным, ленивым» великодушным, гордым и далеким от низких побуждений. Но требования жизни, общественное положение и законы необходимости осуществили насилие над его природой и произвели в ней такие большие перемены. И иногда уже невозможно, в сущности, определить, каким человек является сам по себе; ...он не является на самом деле таким, каким есть или каким хочет казаться».

Черты характера человека в какой-то период жизни не всегда идентичны его первичным качествам. Под влиянием жизненных обстоятельств в нем могли возникнуть другие. Однако, когда эти обстоятельства минуют, врожденные черты могут проявиться снова. Поэтому не всегда они проявляются сильнее в ранний период жизни, чем в зрелый. Иногда именно в зрелом возрасте человек освобождается от черт, навязанных ему воспитанием. Если бы он умер до этой перемены, то его первичная природа могла бы вообще не проявиться. И не только другие люди, но и он сам может не знать точно, какова его собственная природа.

Перемены не всегда поддаются определению. Опасность может сделать человека отважным, интересная работа – настойчивым, большая любовь – безразличным к мнению посторонних; они могут выявить в нем качества, неожиданные для него самого, но которые пропадают, когда минует опасность, труд или любовь. Немало есть людей, которые состоят из двух разных личностей, попеременно берущих в них верх. Одна – это личность «повседневная», другая – «для чрезвычайных обстоятельств». Причем не всегда повседневная личность ближе к первичной природе человека. Именно повседневность, постоянно воздействующая на человека, способна навязать ему иную личность, и необходимы чрезвычайные события, чтобы высвободить его первичную природу. Такими событиями бывают сильные переживания и катастрофы, но и более мелкие события (путешествия, отрывающие человека от его обычной жизни, искусство, вводящее его в другой мир, отличный от собственного) обнаруживают иногда проблески его первичной личности, а не той, которая проявляется постоянно.

5. Природа человека формирует его судьбу, а судьба формирует его природу, поэтому в жизни судьба и собственная природа нередко так переплетены, что трудно бывае определить, чему человек больше обязан своим счастьем – судьбе или самому себе.

С древнейших времен принято повторять, что судьба, хотя бы и самая благоприятная, не может обеспечить человеку счастье, ибо оно зависит также и от него самого. И даже судьба менее важна. Так ли это на самом деле – зависит от того, насколько сильный характер у человека и насколько сильна его судьба. Ф. Бэкон говорил, что «форма для отливки» счастья заключена в нас, но металл, из которого его отливают, мы должны найти вне нас.

Характер человека влияет (хотя и неравномерно, но несомненно) на то, сложится ли жизнь счастливо и будет ли она восприниматься как счастливая. Вообще его положительное влияние на счастье проявляется только тогда, когда ему соответствует благоприятная судьба. Но иногда характер человека такой, что сам, безотносительно к судьбе, определяет счастье человека. Тит Ливий писал о Катоне Старшем, что он в любых условиях жизни был бы счастливым. То же самое думал о себе Бонапарт: еще на Эльбе он приказал высечь на доме, в котором жил, надпись: «Наполеон всегда счастлив».

Но точно так же есть люди, собственный характер которых неизменно делает их несчастными. Что бы с ними ни случилось, даже самое удачное,– все разбивается об их личные качества и только усиливает недовольство судьбой и самим собой, усиливает чувство неудачливости, несчастья.

Характер, с которым человек рождается, а также тот, который сформировался в течение жизни, способствует его счастью или несчастью не меньше, чем внешние события, которые происходят в его жизни. Характер человека составляет его внутренний фатум. Некоторые люди поддаются ему, другие, наоборот, хотят и умеют бороться с ним. И хотя бы в некоторой степени человек может изменить даже собственный характер.
Метки:

Для этой записи комментарии отключены.