anchiktigra (anchiktigra) wrote,
anchiktigra
anchiktigra

Categories:

Введение в Лакана. Мазин В.А. Цитаты о желании.

  • Основным тезисом лакановской этики становится лозунг «не отступайся от своего желания!»
  • Этика Лакана – этика отношения действия к желанию. Главный вопрос: действовал ли ты в соответствии со своим желанием?
  • Желание связано с влечением. Влечения, по Лакану, – частичные проявления желания. Влечения – частичные аспекты, в которых желание себя проявляет.
  • Желание обретается только как желание другого.
  • Лакан отличает желание от потребности и запроса. Потребность нацелена на конкретный объект и удовлетворяется этим объектом. Запрос формулируется в обращении к другому человеку. Запрос этот, следовательно, возникает в поле языка и относится к чему то отличному от удовлетворения, к которому он взывает. Запрос, будучи сформулированным в языке, всегда уже ставит вопрос о присутствии и отсутствии. Биологическая потребность и звучащий из языка запрос, таким образом, никогда не совпадают. Между ними всегда сохраняется зазор. В этом зазоре между потребностью и запросом и рождается желание. Оно не относится к независимому от субъекта реальному объекту. Этот момент подчеркивается и в желании самого Лакана. Когда он утверждает в «Инстанции буквы», что бессознательное есть дискурс Другого, то желание его состоит в том, чтобы указать на то потустороннее, где признание желания сплетается с желанием признания.
  • Желание, в отличие от потребности, обладает постоянно смещающимся, блуждающим, эксцентрическим и даже скандальным характером. Еще один его парадокс состоит в том, что, апеллируя к реальному, желание довольствуется галлюцинаторным удовлетворением. Оно – источник фантазма как такового. Однако при этом оно воздействует не только на воображаемый порядок субъекта, но и приводит в движение символическую цепь означающих. Желание запускает все речевые акты, включая молчание. Оно движет всеми сознательными и бессознательными представлениями.
  • Наконец, еще один парадокс желания: объект становится желанным только в случае запрета. Желание пробуждается запрещающим его Законом. Оно нуждается в препятствии, которое нужно преодолеть. Нет инцестуозного желания до запрета на инцест. Ссылаясь на Святого Павла, Лакан утверждает: объект становится объектом желания только в случае запрета. Желание поддерживается запрещающим Законом. Как ни странно, но именно здесь коренится этика Лакана. Он не только противопоставляет Закон и желание, но говорит и о Законе самого желания. Завет Лакана: не предавай своего желания! Его Закон – единственный императив. Его проявление – во влечении.
  • Лакана интересует желание как таковое, желание без объекта. Важен не объект, на который направлено желание, а причина его возникновения, иначе говоря – объект причина. Эту объект причину желания Лакан называет объектом а («а» от французского autre – другой). Поскольку желание это всегда уже желание другого, то Лакан и называет его объектом а объектом причиной желания другого.
  • Если Фрейд полагал, что невротика можно превратить в обычного несчастного человека, то для Лакана, невроз – структура, не подлежащая изменению; и цель психоаналитической работы – не устранение невроза, а изменение отношения субъекта к своему неврозу, себе самому, своей истории.
  • Лакан говорит: всякое признание, принятие или отрицание окружающего мира, происходящее благодаря собственному я, коренится в том единстве образа, который возникает вовне; мир берет свое начало на стадии зеркала в проекции себя в мир. Реальность окружающего мира зависит от реальности психической. И в свою очередь психическая реальность обретает единство на основе целостных форм окружающего мира.
  • В отличие от эго психологии, задача психоанализа, по Лакану, состоит не в том, чтобы создавать комфортные условия существования в реальности, а в том, чтобы задаваться вопросом о природе самой этой реальности. Реальность – не что то объективное, к чему должно адаптироваться я. Реальность выглядит такой, какой мы ее себе представляем. Я – настолько же порождение реальности, насколько и реальность – порождение я.

Виктор Аронович Мазин  Введение в ЛаканаЭта книга введение в дисциплину Великого и Ужасного Волшебника, Наследника и Реформатора Фрейда, Друга Якобсона и Леви-Строса, Последователя Сократа и Спинозы, Западного Мастера Дзен и Самого Темного Мыслителя, Отца Постсовременного Дискурса и Теоретика Эха Мысли, Психоаналитика Жака Лакана.Книга известного психоаналитика и теоретика культуры Виктора Мазина в доступной форме вводит в творческое наследие выдающегося французского мыслителя, основателя «Фрейдовской школы» Жака Лакана (1901-1981).Адресована широкому кругу читателей, интересующихся психоанализом и историей культуры.

Мы не осознаем своих подлинных желаний. Зато парадоксальные реплики, блестящие провокации и завораживающие рассуждения аналитика застают «Я» врасплох, заставляя нас заговорить языком бессознательного и открывая нам глаза на наши скрытые желания и мысли. Это раздражает, обескураживает, может показаться грубым, но это эффективно! Во всяком случае, так было – в исполнении Лакана.

Я – это другой

Он изображал свои идеи с помощью букв. Буква «А» (от фр. autre – «другой») означает великого Другого: это поочередно наше бессознательное, тело, речь, мать – все, что ускользает от нас, определяя нашу личность помимо нашей воли. А маленькое «а» – это наше «Я» как другой по отношению ко мне самому. И этот другой, похожий на меня, является частью меня: в детстве я плачу, видя, что другой ребенок упал. Буква «а» также означает «объект «а», объект моего желания: грудь матери, ее голос, взгляд... Все наши желания во взрослом возрасте – лишь заместители этих первых объектов желания, однако отныне они скрыты от нашего сознания (мы желаем «анонимный» объект) и нам трудно понять, чего же мы хотим на самом деле.

Любить – значит отдавать то, чего у нас нет

Нам никогда не понять причину неудовлетворенности, от которой мы страдаем, если мы не начнем с триады «потребность, просьба, желание». Чтобы удовлетворить наши потребности – есть, пить, спать, – нам сначала нужно обратиться с просьбой (или требованием) к Другому – нашей матери. Это требование мгновенно преобразует потребность в ненасытное желание: важным становится не то, что мы просим и в чем испытываем потребность, а тот, кто нам это дает, то есть Другой. Поэтому, когда нам дают то, чего мы просим, мы воспринимаем это как доказательство любви. Между тем, как считал Лакан, подлинная любовь – это «давать тому, кто этого не просил, то, чего у нас нет». Такая любовь находится за пределами материального. В сексуальном плане между мужчиной и женщиной не существует отношений комплементарности: они не дополняют друг друга. Разнополые люди говорят на одном языке, одинаково испытывают наслаждение и могут (по-настоящему) встретиться только благодаря любви.

Система символов делает нас людьми

Мы живем и мыслим в трех измерениях: реальном, воображаемом, символическом. Воображаемое – это отношения, которые мы поддерживаем с теми, кто является нашими «образами», в ком мы можем опознать себя душой или разумом. В другом значении воображаемое – это место, где живет наше «Я», с его склонностью питаться иллюзиями и зачарованностью обманами. Реальное невозможно ни помыслить, ни назвать, это место безумия. В противоположность ему символическое – это область культуры и прежде всего языка, это то, что нас структурирует: человек нуждается в символах как ориентирах, чтобы быть человеком. Так, в возрасте трех-пяти лет, в момент проявления эдипова комплекса, отец, олицетворяющий закон, «вмешивается» в жизнь ребенка и тем самым помогает ему оторваться от матери, завершить их отношения слияния.
лакан
http://wday.ru/psychologies/people/maitre/_article/zhak-lakan/1/&pag=1

Борьба за признание, борьба за желание разворачивается в диалектике отношений с другим. Лакан не раз говорит: формирование человеческого мира как такового происходит в изначальном соперничестве, в смертельной схватке с другими. Гегелевская диалектика господина и раба состоит в том, что господин лишает раба его наслаждения, овладевает объектом желания как объектом желания раба, получает признание со стороны раба, но при этом сам лишается своей независимости. У господина нет возможности своими силами преодолеть свою зависимость, свое отчуждение. 30 ноября 1955 года Лакан скажет: завоевавший наслаждение становится полным идиотом, ни к чему, кроме наслаждения, не способным, в то время как лишенный наслаждения сохраняет всю свою человечность. Раб признает господина, а значит, имеет возможность получить признание и с его стороны. Вот он веками и ведет борьбу за достойное признание. Раба заставляют работать, и он получает возможность воспринимать себя через творения своих рук. Господин остается в зависимости, в то время как раб готовит себя к независимости. У него появляется шанс быть признанным в своем труде. Итак, желание обретается как желание другого не потому, что другой владеет ключом к желанному объекту, а потому, что за желанием какого то объекта, будь то предмет, или человек, скрывается желание быть признанным другим. Это желание быть желанным. Желание желания другого. Так уже за желанием получить молоко стоит желание получить признание, любовь матери. Это признание по сути дела подтверждает существование. Быть признанным значит существовать.
Еще один парадокс заключается в том, что желание утверждает нехватку существования. Я чего то желаю, значит, мне чего то не хватает для существования. Я желаю того, что находится вне меня. Я желаю того, что для меня – не я, нечто отличное от меня.
Борьба за признание, борьба за желание другого отчуждает его от объектов желания. Я желаю не то, что называю в качестве желанного объекта. Желание не может быть удовлетворено. Такую цену ребенок платит за вход в мир человека, языка, культуры. Удовлетворить можно не желание, а потребность.
Лакан отличает желание от потребности и запроса. Потребность нацелена на конкретный объект и удовлетворяется этим объектом. Запрос формулируется в обращении к другому человеку. Запрос этот, следовательно, возникает в поле языка и относится к чему то отличному от удовлетворения, к которому он взывает. Запрос, будучи сформулированным в языке, всегда уже ставит вопрос о присутствии и отсутствии. Биологическая потребность и звучащий из языка запрос, таким образом, никогда не совпадают. Между ними всегда сохраняется зазор.

Tags: психология, психология теория
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author